— Алексей, как прошла ночь после такого исторического события? Поспать удалось?
— За эту ночь 2-3 часа поспал. В 8 утра, наверное, глаза закрыл и где-то уже в 10-40 я их открыл. Адреналин зашкаливал, ноги гудели, ведь уже не молодой, не 20-летний, поэтому не мог спать. По сути, мечта сбылась, я к ней шел целенаправленно. Ее вкус не сразу ощущаешь, я думаю, пойму, что я реально добился своей мечты, когда жеребьевка уже будет. Пока не верю.
— Что творилось в раздевалке?
— Там вообще (улыбается). «Руки вверх» включали, чего только не было. Уже и французы на русском пели, а русскоязычные — на французском, потом на азербайджанском пели. В общем, все на разных языках, ведь у нас большая интернациональная команда. Мы на всех языках разговариваем.
— Сам матч вообще не по сценарию «Сабаха» развивался. Верил, что еще можно изменить ситуацию, перевернуть игру?
— Я очень сильно верил в команду. Когда выходил на поле, у меня не было в голове каких-то сомнений, типо получится или нет. Я просто люблю вести игру, я просто сказал себе, что я буду играть сейчас в свой футбол, что буду вести игру, помогать ребятам создавать моменты. Вот и все. И я почему-то был уверен, что мы забьем. Даже неважно, что я отдал два голевых паса. Я видел, что меня признали лучшим игроком матча, дали высокую оценку, но, если честно, для меня это не особо важно.
Важно то, что я увидел в исполнении своих ребят. Столько труда, столько пота, крови... И я увидел у них улыбку на лице, у кого-то даже слезы. Это то, что мы это сделали. По сути, клубу только 9 лет, и я не знаю, делал ли кто-то в истории такое или нет.
— От кого прилетело самое необычное поздравление?
— Мурад Олегович (Мусаев) поздравил. Мне всегда приятно, когда он меня поздравляет. Он внес очень большой вклад в мое развитие. Я буду благодарен ему до конца своей жизни. Поздравили красноярские ребята, бывший президент «Енисея» поздравил, Денис Анатольевич Рубцов. Друзья поздравили, из Москвы ребята. В общем, с разных уголков. Было от всех приятно услышать теплые слова.
— Как руководство поздравило? Я так понимаю, вчера отдыхали?
— Да, вчера был отдых, а сегодня собираемся в 19:00 на базе, жеребьевку будем смотреть.
— Может быть, премиальные какие-то будут за проход?
— Пока это не обговаривалось. Думаю, что пока было не до этого. Но, я думаю, будем обговаривать.
— Впереди жеребьевка. С кем хочешь сыграть?
— Моя мечта — сыграть или на «Камп Ноу», или на «Бернабеу». Большая мечта уже исполнена, осталось сыграть в Лиге чемпионов.
— Как думаешь, на что «Сабах» будет рассчитывать в Лиге чемпионов? Какую задачу перед собой ставите?
— Я точно могу скзать, что наш тренерский штаб от своих идей не отйдет. У нас он очень сильный, очень грамотный тактически, очень дружный и слаженный. Я точно знаю, что мы будем играть в свой футбол. Мы не будем подстраиваться. Понятное дело, что мы будем разбирать соперника, это нормальные вещи, но мы не будем играть в его футбол. Я могу сказать это на миллион процентов, что мы будем отталкиваться от своей игры. А там уже как пойдет, тут уже совсем другой уровень тут 36 лучших команд и мы в числе этих 36 команд, сами знаете, какие там команды. Там мастера своего дела, очень большие мастера. Но, повторю, могу дать гарантию, что от своей игры мы не отойдем.
«Я ОСТАЛСЯ У РАЗБИТОГО КОРЫТА»
— Как вообще в твоей карьере появился Азербайджан? Это была авантюра или спланированное действие?
— Как все было... Мы с «Енисеем» вышли в премьер-лигу, и большую часть из команды, по сути, не оставили. Я считаю, что как воспитанник «Енисея», внес свой очень большой вклад в то, что мы вышли в премьер-лигу. По мне, по молодому пацану, это был сильный удар. В «Зените» меня не оставили, и «Енисей» меня не оставил, я остался у разбитого корыта.
Хочу отдельно отметить Риада Рафиева и сказать ему огромное спасибо, что он меня нашел и привез в Азербайджан. Это нынешний президент «Сумгаита». Он мне позвонил, и поначалу я не поверил, я думал, это друзья азербайджанцы надо мной шутят. Позвонили и говорят: «Прилетишь в Баку? Я говорю: «Какое Баку? Пацаны, вы шутите? Кто это? Скажите честно». А он смеется в трубку и говорит: «Да это президент азербайджанского клуба тебя беспокоит. Это не твои друзья». Я отвечаю: «Если вы говорите правду, вы мне завтра утром позвоните». И он мне в 7 утра позвонил утром, сказал прилетать в Баку.
Да, конечно, были сомнения, куда я еду, как я еду. Еду в другую страну, в другой чемпионат. Молодой парень, по сути, шишками не обросший. Но я рискнул, приехал, и риск оправдался. Просто маме сказал: «Мам, я соберу вещи да поеду». Я буду по гроб жизни благодарен Азербайджану. Все, что у меня сейчас есть в футболе, дал мне он. И для меня это второй дом, у меня дети здесь растут. Понятное дело, что Сибирь для меня первый дом, я сибиряк. Я родился там и вырос, у меня мама, сестра там, все. Но Баку для меня — второй дом.
— Скажи честно: тебе не было обидно, что ты не востребован на родине, что приходится срываться и уезжать строить карьеру в другой стране?
— Конечно, было обидно. Я не считаю, что ко мне правильно отнеслись, но это уже история. Я, честно сказать, уже ни о чем не жалею. А так, конечно, были чувства, как будто я никому не нужен. И на фоне этого я просто уехал. Рискнул и уехал.
Почти все в России думают, что азербайджанская лига слабенькая. Но я скажу честно, потому что я уже тут восемь лет — тут очень сильные команды. Сейчас Курбан Бекиевич Бердыев в «Туране» работает, это очень сильная команда, у которой свой стиль. «Нефчи» – это вечный флагман азербайджанского футбола. Про «Карабах» я вообще молчу, ничего не говорю вообще. Есть еще «Зиря», другие команды. И чемпионат очень сложный, он реально конкурентоспособный. И с азербайджанским командом никому легко не будет на европейской арене. И я был приятно удивлен уровнем футбола здесь, тут очень много техничных ребят, кто любит играть на мяче. И легионеры это еще и подпитывают, приезжают хорошие иностранцы.
— Можно сказать, что азебрайджанская лига приближается к РПЛ по уровню?
— Я думаю, «Карабах» и «Сабах» точно никому не уступят в Российской-премьер лиге. На сто процентов могу сказать, что они очень солидно выглядели бы в РПЛ.
ПАСПОРТ АЗЕРБАЙДЖАНА, ДЕБЮТ ПРОТИВ РОНАЛДУ
— Одна из важных событий твоей карьеры — это получение азербайджанского паспорта.Ты родом из Красноярска и ты наверняка ждал, надеялся, мечтал о том, чтобы сыграть за сборную России. Как тебе далось это решение?
— Конечно, это далось мне очень тяжело. Я не буду лукавить здесь. У меня были сомнения: получать или не получать. Я мальчик из Красноярска, который грезил мечтой играть за сборную России, но по разным обстоятельствам этого не получилось. И уже где-то на второй сбор, когда меня вызвали в сборную, я уже принял это решение. Время идет, и идет очень быстро, поэтому я принял решение, что нужно получать паспорт. Как мой один хороший друг говорит, что паспорт роли не играет, если ты хороший футболист.
Я дебютировал за сборную в матче против Португалии. И на данный момент я уже более 30 матчей сыграл. Я горжусь, что представляю свой второй дом, что я играю за сборную Азербайджана. Это для меня большая честь.
— Получается, против Криштиану дебютировал?
— Да. Мы тогда проиграли 0:1. Тогда мой друг Шахруддин Магомедалиев (вратарь сборной Азербайджана) выдал невероятный перформанс. Та сборная Португалии была очень хороша.
— Какое впечатление Криштиану оставил?
— По нему видно, что он профессионал, атлет до мозга костей. Он всегда стремится к лучшему. Он пытался забить в той игре, но у него не получилось, однако он каждый момент старался выжимать максимум. Он очень сильно следит за собой, он резкий, быстрый, мощный, сильный, подвижный, техничный. У него есть все, у него все качества вообще. Абсолютно все. Поэтому он там, где он находится. Это уникум. Я никогда не сравниваю его с (Лионелем) Месси, потому что у них разные ампула, но они оба великие. Это люди, которые футбол поменяли на 180 градусов.
«ЗЫРЯНОВА ВСЕГДА СЛУШАЛ С ОТКРЫТЫМ РТОМ»
— Расскажи про свой сезон в «Зените-2». Ты же там успел поиграть вместе с Зыряновым?
— Да, у Константина Георгиевича тоже многому научился. Для меня он легенда и пример для подражания, каким человеком нужно быть. Тогда мне было 20 лет, и я смотрел на него постоянно.Это мастер, что тут говорить.
— Общался ли с ним?
— Да я стеснялся всегда с Константином Георгиевичем общаться. Но когда он что-то говорил, то слушал его всегда с открытым ртом.
— Как ты оказался в системе питерского клуба?
— Мой тогдашний агент сказал мне, что меня выкупают под первую команду, чтобы тренироваться с ней. Но в итоге все оказалось не так, как я думал (смеется). Вот так получилось, но мой характер не дал меня сломать, поэтому не мог я остановиться даже тогда, когда все не все по моему сценарию шло. Я всю жизнь грезил мечтой играть в Лиге чемпионов.
— В Питере шансов остаться не было?
— Был один момент, когда мы были на Кипре на Кубке ФНЛ. Ко мне подошел Владислав Николаевич Радимов и сказал: «Все, ты готов для первой команды, жди шанса, может, тебя заберут на сборы». Но в итоге так никто и не забрал. И еще был один вариант, когда я был уже в «Енисее». Мы отыграли первую часть сезона ФНЛ, и тогда Константин Евгеньевич Сарсания, царствие ему небесное, за мной приехал в Турцию, хотел меня забрать на сборы «Зенита», потому что тогда я ему еще принадлежал. Но я не знаю, почему тогда не срослось ничего. И потом случилось так, что Константина Евгеньевича не стало. Это один из немногих, кто в меня верил. Насколько я знаю, именно по его наводке «Зенит» меня и покупал.
— В тот сезон в «Зенит-2» спускали Александра Кокорина после того скандала в Монако. Не успел с ним пересечься?
— Нет. Я пришел, и его уже не было. Зато застал Саню Рязанцева, тренировались, хорошо общались. Советы мне давал определенные. Есть, что вспомнить.
— Ты со многими на связи из той команды?
— Почти ни с кем. Только с Максом Проничевым.
— У него там тоже карьера интересная сложилась.
— Макс сейчас в Германии. Мы с ним переписывались буквально неделю назад.
— Как ты думаешь, почему в российских клубах зачастую так легкомысленно относятся к своим воспитанникам?
— Не знаю, честно говоря. Я в этой клоаке пока не был, не работал, пока не могу сказать. Возможно, в дальнейшем окажусь, пойму. Может быть, нужно чуть больше ответственности. Считаю, что за молодым поколением нужно следить, направлять в правильное русло то кнутом, то пряником. Нужно думать не только о себе, но и о тех, кто рядом с тобой, кто младше.
У нас очень много хороших игроков. Сколько их пропадает... У нас очень сильная молодежь, ребята во дворах играют, у нас любят этот вид спорта. Понятно, это не хоккей, но тоже любят. Нужно просто развивать, помогать. Вот Мурад Олегович Мусаев в «Краснодаре» воспитал же игроков, значит, есть таланты, есть кадры, которые просто нужно направить в правильное русло.
«С РАДОСТЬЮ БЫ СЫГРАЛ СО СБОРНОЙ РОССИИ»
— Как ты относишься к отстранению российского футбола?
— Жалко ребят, нужно возвращать, чтобы играли. Уровень нужно поднимать. Как там ни было, еврокубки поднимают уровень. Хотелось бы снова видеть «Спартак», «Зенит», «Краснодар», ЦСКА, «Локомотив» в еврокубках. Это было бы приятно. Надеюсь, со временем все встанет на свои места и ребята снова почувствуют еврокубковый режим.
— А был бы тебе интересен товарищеский матч со сборной России?
— Да я бы с радостью, честно говоря. Думаю, тут все бы обрадовались. Контакты какие-то были, я слышал об этом. Но до чего-то конкретного не дошло.
— Ты уже восемь лет живешь в Азербайджане. Тебе с семьей комфортно?
— Живем в Баку с супругой и двумя детьми, ждем третьего, сроки на декабрь поставили. Это моя поддержка, которая всегда со мной. Жена тоже сибирячка. Она с 17 лет со мной.
— Часто в Красноярске бываешь?
— Живем на два города, благо, есть прямые рейсы между городами. У нас много друзей-азербайджанцев в Красноярске, поэтому менталитет один и тот же. Просто в Красноярске чуть холодно, а в Баку чуть жарко (смеется). По ценам плюс-минус все одинаково. Цены в Красноярске уже как в Москве, а в Баку тоже недешево.
Тут уже второй дом, язык по большей части понимаю, просто стесняюсь общаться. И английский за эти годы подтянул, спокойно с легионерами общаемся. Хочу сказать, что у нас нет группировок в команде. Мы все вместе общаемся. Когда мы играем в UNO, то каждый разговаривает на своем языке. И все друг друга понимают. Наше сплочение реально делает нас сильной командой.
